Это уже немного напоминает наваждение. Два года минуло с момента окончания так называемой «острой фазы кризиса». По большей части внешние последствия этого разрушительного экономического цунами преодолены. Конечно не полностью. Есть еще немало скелетов в шкафах.
Это и токсичные активы банков, которые так и не рассосались сами по себе. Это и значительное падение инвестиционной активности в мировой строительной отрасли, которое повлекло за собой снижение производства в целом ряде отраслей.
Но «особенность момента» как раз в том, что большая часть скелетов попрятана по шкафам. И чтобы их испугаться надо, по крайней мере, эти шкафы открыть. А делать это в здравом уме и твердой памяти никто не хочет.
Типичный пример: падение инвестиционной активности в строительстве. Но при этом, оглянувшись вокруг мы видим огромное количество продолжающихся строек. Видим, естественно, и остановленные. Но их едва ли не меньшинство. Посмотрим чуть шире. Металлургия, которая в значительной степени ориентирована на потребности строительной отрасли, уже в течение достаточно длительного времени работает на уровне загрузки, соответствующем докризисному периоду. Да, действительно, часть металла, производимого в России, отправляется на экспорт. И даже в несколько большем объеме, чем ранее. Но это говорит о том, что где-то этот металл востребован. А значит – где-то идет строительство, где-то производится оборудование, машины, самолеты и прочая, и прочая.
Но костлявая лапа произошедшего кризиса никак не хочет отпускать мозг. Мысли (имея в виду те мысли, которые озвучиваются, которые наполняют информационное пространство) постоянно крутятся вокруг событий двухлетней давности, постоянно идут сравнения, отсылки и тому подобное. Странно, ведь если мы преодолели этот кризис, то гораздо разумнее было бы сравнивать ситуацию с долгосрочными трендами, тем более, что в этом сравнении все выглядит достаточно благополучно. Практически, достаточно только исключить из рассмотрения пик 2007-2008 годов, считать их аномалией (прежде всего по сложившейся ценовой ситуации).
Но вместо этого мы в течение полутора лет бурно и многогранно обсуждали вероятность наступления второй волны кризиса, срок ее наступления (завтра, послезавтра, в 2013 году и пр). Да и сегодня эта «дискуссия» не прекращается.
Что же мешает нам наконец полностью преодолеть эти экономические фобии? Неужели впечатление от кризиса, пришедшего столь неожиданно на наш праздник жизни, оказалось настолько сильным, что уже два года не позволяет поднять голову и посмотреть вверх и вперед, а не оглядываться постоянно назад и под ноги? Или, все же, под этими страхами есть реальная основа, и нас снова ждут тяжелые времена, о чем мы, может быть, еще и не знаем, но предчувствуем, доверяясь экономическим инстинктам?
Каждый раз, подготовив очередной номер журнала (имеется в виду та его часть, которая сфокусирована на анализе вполне объективных цифровых данных), мы пытаемся дополнить этот анализ обзором вполне субъективных мнений, которые звучали в период между выпуском предыдущего номера журнала и подготовкой текущего.
Если выделить два главных факта, диаметрально противоположные оценки которых занимали в информационном пространстве наибольший объем, то в мировом контексте это решение США продолжить денежную накачку экономики, в российском же – отставка московского градоначальника.
Итак, сначала о накачке экономики дешевыми деньгами. В мире сформировалось стойкое убеждение (причем сформировалось не само по себе, не в результате анализа, а было результатом вполне целенаправленной пропагандистской компании), что ближайшие годы, а может быть и целое десятилетие, мы будем существовать в режиме отрицательных эффективных процентных ставок.
Ведущие экономики (исключая китайскую, у которой свой «особый» путь) могут, таким образом, существовать только на условиях постоянных финансовых вливаний со стороны своих правительств и, что немаловажно, в условиях постоянного удешевления собственных валют. Последнее является, как ни странно, не побочным (негативным) результатом денежной интервенции, а сознательным движением в сторону девальвации, с целью создания преференций экспортоориентированным отраслям.
Некоторые аналитики уже назвали происходящее «парадом девальваций». Каждый стремится обеспечить более быстрое удешевление собственной валюты по отношению к другим валютам и выиграть в конкурентоспособности на внешних рынках. Казалось бы: «Здравствуй инфляция!». Но нет, инфляция в развитых странах ведет себя достаточно пристойно, что объясняется все еще вялым внутренним спросом в этих странах, являющимся (по сути своей) единственным эффективным ограничителем роста цен.
С одной стороны, такое решение может показаться достаточно странным. Ведь два года таких вливаний принесли только один результат – банковская система показала огромные прибыли, банкиры, вопреки «мнению общественности» об аморальности отписывания себе огромных бонусов на фоне никак не выкарабкающейся из болота реальной экономики, стали толще и радужнее. В остальном, в частности в уровне безработицы, все далеко не идеально. И мысль о том, что продолжение вливаний сожжет качественно изменить ситуацию, конечно, допустима, но не безапелляционна. Тем не менее, пока стратегический курс выбран и озвучен.
Это уже ощутили на себе рынки, в том числе биржевые. Курс доллара по отношению к евро снизился с июня по текущий момент с 1,2 до 1,4 (а это, между прочим, почти 17%).
Нефть постепенно расширяет диапазон колебаний (примерно с 70-80, к которому все в определенной степени привыкли, к 75-90). Никель вырос примерно с 18 до 25 тыс. долларов за тонну (почти 40% роста). На 35% выросла цена на медь. И это только за третий квартал текущего года! Список можно продолжать, но, возможно, пора и задуматься о том, готовы ли мы к такому ралли на сырьевых рынках?
Если только мы на них не играем… Хотя, и в этом случае задуматься стоит.
На чем основано это ралли, если исключить спекулятивный момент (определяемый теми самыми финансовыми инъекциями)? Конечно, можно говорить о постепенном восстановлении мировой экономики. Однако, применительно к США и Европе это не так уж однозначно. Безработица остается достаточно высокой, что особенно критично для США, поскольку будет еще долго негативно влиять на один из важнейших показателей американской экономики – состояние рынка жилья. Что же касается Европы, то достигнутый в предкризисные годы уровень социальной направленности европейских экономики остается в современных условиях тяжким бременем. При этом ухудшается качество бюджетов основных государств, а государства второго ряда (в экономическом смысле) постепенно выстраиваются в очередь за получением экономической помощи. Конечно, операция по спасению рядового Греции была проведена быстро и достаточно эффективно, Евросоюз продемонстрировал способность сплотиться перед лицом реальной опасности, доказал некоторым скептикам, что уровень оценки живучести идей европейской интеграции несколько занижен. Но если бы Греция была единственной…
Остается последний (и наиболее неопровержимый) довод о влиянии Китая на мировую экономику. Опровергнуть его достаточно трудно, в силу отсутствия достаточного объема достоверной информации для анализа. Поэтому делимся по достаточно простому принципу – верим или нет.
В современной интерпретации идея выглядит примерно так: Китай, развивая внутренний спрос, поддерживает темпы роста ВВП примерно на достигнутом уровне. В процессе роста потребления в Китае увеличивается потребление им сырья и энергоносителей. Китай продолжает проводить политику привязки юаня к доллару, обеспечивая живучесть работающих на экспорт предприятий. Рост потребления сырья и энергоносителей приводит постепенно к росту цен на эти товары, что, естественно, оказывает депрессивное влияние на экономики развитых стран. Они вынуждены тратить все больше и больше средств на поддержку своих экономик, через накачку финансовой системы ликвидностью.
На фоне роста цен на энергоносители и сырье поднимаются экономики тех стран, которые являются ведущими их экспортерами. Соответственно, генерируемый развитыми экономиками поток ликвидности притекает именно на рынки этих стран (поскольку доходность на этих рынках, особенно в сырьевом секторе, а также в недвижимости будет значительно выше). Приток внешних инвестиций будет укреплять валюты этих стран, вместе с ростом доходов от роста экспорта сырья и углеводородов будет расти экспорт товаров из развитых стран (в основном из Европы) на развивающиеся рынки…
На вид достаточно складная система. Хотя в ней есть подводные камни. В рамках данной модели Китай просто обязан будет массированно наращивать экспорт на все внешние рынки, в противном случае рост внутреннего потребления ожжет захлебнуться от роста стоимости основного сырья и энергоносителей. Понадобится поддерживать платежный баланс на приемлемом уровне.
А значит и на рынка развитых стран, и на развивающихся рынках китайская продукция будет конкурировать (и, стоит полагать, достаточно успешно) с продукцией развитых стран. Это будет оказывать дополнительное депрессивное влияние на экономики этих стран, приводить к снижению доходной части бюджета и росту его дефицита. Продолжится ли в этих условиях массированная накачка деньгами? Сомнительно. Возможно стратегия лидеров (или к тому моменту уже не лидеров?) претерпит серьезные изменения.
Автор: Редакционная статья
Обсудить
